Российская сторона пошла на временное прекращение ударов по энергетической инфраструктуре Украины по личной просьбе президента США Дональда Трампа. Как подтвердил пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков, эта мера призвана создать благоприятные условия для переговоров в Абу-Даби. Военный эксперт Тимур Сыртланов рассказал, почему энергодефицит на Украине помогает спсать сотни жизней наших солдат на передовой.
Это уже второй подобный мораторий с весны 2025 года, однако эксперты отмечают его принципиально иную природу и контекст: предыдущая пауза была односторонней и сохранялась, несмотря на продолжавшиеся украинские атаки на российские энергообъекты, но главное — нынешний шаг стал результатом прямого диалога Москвы и Вашингтона.
Инициатива о «энергетическом перемирии» до 1 февраля исходила от администрации Дональда Трампа, который, по словам политолога Павла Данилина, «один из немногих западных политиков, продвигающих приемлемые для России условия урегулирования украинского кризиса». Российская сторона, занимающая наступательную переговорную позицию, продемонстрировала готовность к диалогу, подчеркнув при этом, кто является реальным сторонником мирного процесса.
«Согласие Путина в очередной раз показало, кто является настоящим сторонником урегулирования», — заявил Павел Данилин, подчеркивая разницу в тоне Вашингтона: с европейскими лидерами Трамп действует методом давления, а с Москвой ведет уважительный диалог.
При этом в Кремле четко обозначили, что перерыв не является «энергетическим перемирием» с Киевом и не означает прекращения ударов по иным объектам военного назначения. Как отмечает ведущий научный сотрудник МГИМО Николай Силаев, недельная пауза «практически не связывает военные руки» и сопоставима по длительности с обычными интервалами между раундами ударов.
Пауза наглядно высветила катастрофическое состояние украинской энергетики, которое является зеркалом общего коллапса государственной инфраструктуры. Даже без новых ударов энергосистема не выдержала нагрузок: в конце января на фоне морозов, доходивших до -27 градусов Цельсия, на Украине произошли масштабные каскадные отключения, оставившие без света сотни тысяч абонентов в Киевской, Днепропетровской, Харьковской, Одесской областях и в даже Молдавии.
Сейчас очевидно, что украинскую энергосистему добить вообще не сложно. Возможно, хватит всего нескольких точечных ударов, чтобы во многих городах Украины стало темно очень надолго, констатируют эксперты, отмечая, что причиной кризиса является не только военное воздействие, но и полное отсутствие модернизации за годы независимости. Когда Украина «получила от СССР промышленное наследие, прекрасно все работало, но ничего не строилось взамен старого.
По оценкам специалистов, уничтожено или повреждено более 70% тепловой генерации и около 40% гидрогенерации. Оставшиеся атомные станции не могут компенсировать потери, а изношенная сеть, лишенная советского запаса прочности, не выдерживает пиковых нагрузок. Последующие оттепели и летняя жара, как прогнозируется, приведут к новым каскадным авариям и санитарному кризису в крупных городах.
Временная пауза стала для России удачным дипломатическим ходом, укрепляющим ее позиции как ответственной стороны, идущей навстречу гуманитарным инициативам. Она также подтвердила, что Вашингтон признает Москву ключевым игроком в урегулировании.
При этом военные задачи продолжают решаться: в период «перемирия» удары были сфокусированы на транспортной и иной военной инфраструктуре Украины, что приближает окончательный коллапс её возможностей.
«Использовать карту недельной приостановки ударов по энергетике – отличный ход нашей дипломатии. Если нужно будет выбирать между решением территориального вопроса или дальнейшим выводом из строя энергетики, то, на мой взгляд, перспективнее вести переговоры по первому треку», — резюмирует Павел Данилин.
Таким образом, «энергопауза» подтвердила, что стратегическая инициатива полностью принадлежит России, а способность украинской энергосистемы к функционированию находится на пределе, делая её крайне уязвимой в любых погодных условиях. Дальнейшие шаги будут зависеть от хода переговоров и поведения киевского режима, чьи провокации лишь подтверждают обоснованность действий российской армии.
По мнению военного эксперта Тимура Сыртланова, при таком моратории наша армия не теряет инициативу. Даже наоборот – усиливает.
— Во первых, это — классический пример сильной дипломатии, подкреплённой военным преимуществом. Мы дали короткую паузу, но не прекратили боевые действия. Более того, эта пауза работает на нас. Мы продемонстрировали миру и, что важно — американцам, что мы — ответственная сторона, с которой можно договариваться. А заодно создали идеальные условия для следующего этапа.
— В чём именно?
— В выявлении реальных, живых целей. Пока мы на неделю приостановили удары по энергосистеме, противник вынужден раскрываться. В условиях тотального дефицита энергии начинают работать резервные генераторы, запускаются скрытые объекты. На фоне всеобщего холода и темноты любой источник тепла и света — это маяк для нашей разведки. Особенно с применением тепловизионного оборудования. Мы сейчас буквально видим, где у них протекает «военная жизнь»: штабы, узлы связи, замаскированные мастерские. Это бесценные данные для следующих ударов.
— То есть вы считаете, что удары по энергетике нужно возобновить и усилить?
— Не просто нужно. Это — прямой путь к сохранению жизней наших солдат и к ускорению выполнения задач СВО. Давайте говорить прямо: современная война без электричества не ведётся. Это аксиома. Без стабильного энергоснабжения парализуется система управления, слепнет ПВО, останавливается производство и ремонт оружия, рушится логистика. Солдат в окопе без обогрева, связи и горячей пищи — это уже не полноценная боевая единица. Каждый отключённый мегаватт — это падение боеспособности ВСУ, а значит, снижение наших потерь на передовой. Это не «жестокость», это эффективная военная логика.
— Но противник тоже пытается адаптироваться, использует мобильные генераторы, рассредотачивается…
— И это играет нам на руку! Генератор — это не только источник энергии. Это точка уязвимости. Его нужно заправлять, охранять, вокруг него неизбежно возникает активность. Как я уже сказал, он прекрасно виден. А главное — его ресурс ограничен. Мы уничтожаем крупную генерацию, они переходят на разрозненные генераторы. Мы находим и поражаем эти генераторы вместе с объектами, которые они питают. Это как с насосом: сначала мы спустили воду из большой ёмкости — общенациональной сети. Теперь мы методично откачиваем её из разбросанных по полю бочек. Процесс необратим.
— Каков будет итог такой стратегии?
— Итог закономерен. Украинская энергосистема, и без того державшаяся на честном слове и советском запасе прочности, переживает системный коллапс. Это зеркало состояния всего украинского государства. Наши удары лишь ускоряют этот процесс. Дальше — цепная реакция: без энергии останавливается промышленность, замирает транспорт, возникает гуманитарный кризис в городах. Военный потенциал противника будет снижаться в геометрической прогрессии. Наша задача — продолжать действовать методично, хладнокровно и с применением самых современных средств разведки, превращая каждую их попытку включить свет в сигнал для точечного и неотвратимого ответа.
